СМИ

© РИА Новости, Владимир Федоренко | Перейти в фотобанкКамило Сьерра Пачеко, член книжного клуба «Абако», прославляет русскую литературу, на фоне которой меркнут все остальные достижения самой большой страны в мире. Знакомя читателя с творчеством Николая Гоголя, он рассказывает о персонажах первого русского романа «Мертвые души».Жизнь — это постоянные открытия. Мы идем, прокладываем себе дорогу, и на пути нам встречаются то цветы, то люди, а порой и ямы, в которые мы проваливаемся; иногда в песнях ветра нам слышатся слова, и так далее. Так мы открываем для себя то одно, то другое. Что-то мы оставим позади на дороге жизни; что-то встретится нам снова в дальнейшем пути. Однако иногда есть вероятность обнаружить один из тех редких драгоценных камней, блеск которых фортуна нам не часто дает возможность увидеть дважды. И если мы не поднимем это сокровище с земли, кто-то другой обязательно сделает это безо всяких колебаний. Эти счастливые открытия и находки настолько ценны, что мы никогда с ними не расстанемся. Они останутся с нами до тех пор, пока наши ноги не откажутся идти по дороге жизни. И даже тогда эти находки будут наполнять нас спокойствием, которое даст силы продолжать наш путь, пусть уже не внешний, а внутренний. Среди этих замечательных открытий, которые мы совершаем время от времени, есть одно, которое является настоящим чудом. Этот алмаз сияет так ярко, что рядом с ним меркнут все остальные достижения самой большой страны в мире. Позволю себе сказать, что русская литература — это самая прекрасная вещь, которой может похвастаться эта страна. Это изысканный медовый напиток, рецепт которого хранится исключительно в глубинах русской души. Лучше всего это смог выразить Гоголь в следующем фрагменте своего романа «Мертвые души»: «И всякой народ, носящий в себе залог сил, полный творящих способностей души, своей яркой особенности и других даров бога, своеобразно отличился каждый своим собственным словом, которым, выражая какой ни есть предмет, отражает в выражении его часть собственного своего характера. нет слова, которое было бы так замашисто, бойко, так вырвалось бы из-под самого сердца, так бы кипело и животрепетало, как метко сказанное русское слово». Как мы видим (или, скорее, как мы чувствуем), в этих словах Гоголя есть свой особый дух, погружающий нас в золотой сияющий источник, в который мы почти по инерции хотим снова окунуться и продолжать впитывать русские буквы. Именно из-за подобного благоговейного трепета перед литературой этой огромной страны книжный клуб «Абако» решил в начале нынешнего года отметить свой десятый день рождения циклом лекций о русской литературе. Мы начнем с романа «Мертвые души». Его автор, Николай Васильевич Гоголь, создал его во время своего путешествия по Европе. Сатирический тон его предыдущего произведения, комедии «Ревизор», сделал Гоголя жертвой цензуры, столь знакомой его современникам. Именно поэтому Гоголь хотел сделать наброски нового романа и показать в нем читателю необходимость перемен загнивающего российского общества так, чтобы к этому не могла придраться цензура. Роман, который изначально назывался «Похождения Чичикова», рассказывает историю человека средних лет Павла Ивановича Чичикова, который прибывает в провинциальный город в поисках помещиков, которые могли бы ему подарить или продать мертвые души, то есть крестьян (их называли «душами»), которые умерли, но в ревизии все еще числились живыми. В то время ревизии в Российской империи проводились редко, и в результате за помещиком числилось много умерших крестьян, за которых ему все равно приходилось платить налог. И именно этим воспользовался Чичиков. Вы, вероятно, задаетесь вопросом, для чего кому-то могут понадобиться мертвые люди, если пользы они не приносят никакой. Однако Чичикову нужны были не тела. Ему важно было получить имя в ревизии. Для чего? Вам придется самим прочитать роман, чтобы раскрыть бесстрашный план главного героя, чья безграничная хитрость показывает, как далеко способен зайти человек, чтобы исполнить свои желания, и каких пределов достигает жадность человека, который пытается использовать любую ситуацию на благо себе. Считается, что «Мертвые души» — это первый современный русский роман. Как ни странно, сам автор называл свое произведение не романом, а поэмой в прозе. И причина понятна! Его мастерская и живая проза полностью поглощает читателя. Кроме того, рассказчик в этом любопытном произведении играет даже более активную роль, чем главный герой. Временами он обращается к читателю, который становится его собеседником, чтобы преподать ему урок литературы, указывая на то, что есть персонажи «второстепенные или даже третьестепенные», и что описание последних можно давать менее подробно и без особых деталей. Бывает даже, что рассказчик отвлекает читателя. Его задача заключается в том, чтобы удерживать внимание читателя на повествовании, хотя и длинном, но всегда сохраняющем атмосферу таинственности и интриги благодаря тем деталям, которые постепенно добавляет автор. Читатель постоянно увлечен и стремится узнать, что же будет дальше, даже когда персонажи заняты скучнейшими с виду занятиями, например пересечением дверей гостиной. Персонажи романа полны сюрпризов, пестры и даже карикатурны. Среди них есть как в высшей степени обходительные, так и крайне неотесанные. Некоторые моменты повествования прочно оседают в нашей памяти, например описание собачьего лая, который приветствует главного героя при подъезде к деревне Коробочки глухой дождливой ночью. В общем, «Мертвые души» — это великолепное произведение Гоголя. То, как он говорит о своей Родине, то волнение и гордость в отношении России, какой бы развращенной и порочной она ни была, которыми пронизано все повествование, свидетельствуют о любви Гоголя к ней. Если бы это было не так, то проделал бы писатель такой огромный труд, чтобы попытаться добиться перемен? Многие отрывки из романа надолго остаются в памяти. Каждый из них читается с невыразимым наслаждением. На примере следующего фрагмента читателю предлагается самому убедиться в этом: «Но зачем так долго заниматься Коробочкой? Коробочка ли, Манилова ли, хозяйственная ли жизнь или нехозяйственная — мимо их! Не то на свете дивно устроено: веселое мигом обратится в печальное, если только долго застоишься перед ним, и тогда бог знает что взбредет в голову. Но мимо, мимо! Зачем говорить об этом? Но зачем же среди недумающих, веселых, беспечных минут, сама собою, вдруг пронесется иная чудная струя? Еще смех не успел совершенно сбежать с лица, а уже стал другим среди тех же людей, и уже другим светом осветилось лицо…»