СМИ

Узбекистан, развивая активность в регионе Центральной Азии, начинает выходить на Южный Кавказ. Ожидается, что в ближайшее время состоится визит президента Шавката Мирзиёева в Азербайджан (о подготовке стало известно от посла Азербайджана в Узбекистане Гусейна Гулиева). Не исключено, что узбекский лидер посетит и соседнюю Грузию. Эти две страны связаны между собой региональными энергетическими и транспортными проектами. В частности, Узбекистан заинтересован в поставках своего газа через Южный газовый коридор. Как отметил директор негосударственного образовательного учреждения «Билим карвони» («Караван знаний», Ташкент) Фархад Толипов, это оптимальная возможность диверсифицировать экспорт узбекских энергоресурсов. По его словам, вопрос диверсификации экспорта узбекских энергоресурсов рассматривается правительством Узбекистана давно. «Еще в 1990-е годы Узбекистан рассчитывал на будущие поставки углеводородов через Азербайджан на Запад. Обсуждалась даже возможность присоединения Ташкента к проекту стратегического нефтепровода Баку — Тбилиси — Джейхан. Узбекистан и Азербайджан продолжительное время совместно участвовали в подготовке проекта транспортного коридора ТРАСЕКА (Transport Corridor Europe-Caucasus-Asia). «По ходу строительства Южного газового коридора прояснится и ситуация с путями транспортировки газа с восточного берега Каспия в Азербайджан. Независимо от того, будет ли это трубопроводная переброска углеводорода по дну Каспия или танкерами в виде сжиженного, Ташкент заинтересован в транзите излишков газа через Азербайджан и далее на европейские рынки», — отметил эксперт. Доктор политических наук, член научного совета Института исследований Центральной Азии и Афганистана «Иран-Восток» (Иран) Игорь Панкратенко считает, что шансов на участие Узбекистана в Южном газовом коридоре нет, причины сугубо технические. «Узбекистан намеревался врезаться в эту трубу. Заинтересованность была и со стороны Азербайджана, Туркмении и Турции. Благожелательно к этому относились и инвесторы. Но потом выяснилось, что специфика узбекского газа такова, что он не может идти в смеси с азербайджанским. Поэтому Узбекистан переориентировался и сейчас развивает два других направления: китайское и афганское — ТАПИ — (Туркменистан — Афганистан — Пакистан — Индия)», — сказал «NOVOSTI-DNY.Ru» эксперт. По его словам, в Узбекистане внимательно изучают возможности более масштабного проекта — Южного транспортного коридора. По мнению востоковеда, то что Ташкент в интеграционных проектах не ограничивается регионом, вполне закономерно. Недавний саммит глав государств региона в Астане подтвердил, что Узбекистан вполне успешно решает задачи по налаживанию добрососедства, а потому ничто не мешает ему задумываться о расширении своих векторов. Новый этап интеграции в Центральной Азии стал возможен после смены власти в Узбекистане. Именно президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев стал инициатором саммита. При этом он предложил провести мероприятие в Астане под председательством Нурсултана Назарбаева. В восточной политике это свидетельствует о том, что Ташкент не стремится поколебать чьих-либо позиций. Для Узбекистана важно реальное наращивание экономического сотрудничества с соседними странами — и не только в масштабах региона. «Есть две версии проведения центральноазиатского саммита. Первая, изначально это мероприятие задумывалось, как начало нового интеграционного процесса. Но понятно, что идея бесперспективная, поскольку никаких предпосылок, особенно политических, для внутрирегиональной интеграции не существует», — сказал Игорь Панкратенко. Вторая: если рассматривался вопрос на заявку Узбекистана на повышение собственной роли в регионе, то, как считает эксперт, «здесь все прошло ровно, штатно и гладко». «Узбекистан, окружение Мирзиёева не скрывает, что Ташкент должен играть большую роль во внешней политике как в регионе, так и вокруг него, включая регион АфПак (Афганистана и Пакистана с прилегающими территориями — «NOVOSTI-DNY.Ru»). С этой точки зрения, заявка через такой инструмент как „Навруз-саммит“ очень неплохая», — отметил эксперт. Узбекистану уже удалось, в целом, переформатировать отношения с соседями. Если с Казахстаном проблем у Узбекистана не было, то с Киргизией и, особенно, с Таджикистаном надо было выстраивать отношения с нуля. Директор Группы оценки рисков Досым Сатпаев считает, что Казахстан и Узбекистан могли бы стать ядром экономической интеграции в регионе, по образу и подобию Евросоюза, где в роли локомотива Германия и Франция. «Астана и Ташкент должны инициировать совместные проекты, финансировать их, как это делают Берлин и Париж в ЕС. В этом случае можно будет подтянуть под общие проекты весь регион, — сказал «NOVOSTI-DNY.Ru» Досым Сатпаев. — Первые попытки кооперации между странами уже начались. Ташкент и Астана создали ряд совместных предприятий, в частности, по сборке автомашин, причем на территории Казахстана. Аналогичные проекты развиваются с Киргизией, подписаны соглашения с Таджикистаном. С Туркменией был подписан целый ряд соглашений в транспортно-транзитной сфере, и в частности, по сотрудничеству железнодорожных администраций Узбекистана и Туркмении. «Создается возможность выхода узбекских товаров через Туркмению, Каспийское море, Южный Кавказ, и по железной дороге Баку — Тбилиси — Карс (БТК) — в Турцию, и далее на средиземноморский порт Мерсин. А порт это — торговые связи со странами Среднего и Ближнего Востока, Северной Африки, Европы, и даже США», — сказал «NOVOSTI-DNY.Ru» директор Центра исследовательских инициатив Ma’no (Узбекистан) Бахтиёр Эргашев. И это не фантазии. На днях США приняли первую партию — тонну узбекских дынь и сухофруктов. В задачах Ташкента сократить время и путь доставки. Центральноазиатская редакция «NOVOSTI-DNY.Ru»