СМИ

До крупнейшего спортивного события в России последних лет осталось немногим более 120 дней. Четыре месяца разделяют нас от старта чемпионата мира по футболу. Финальный турнир Кубка мира — 2018 пройдёт на 12 стадионах одиннадцати городов. Меры безопасности на спортивных аренах и в принимающих чемпионат российских мегаполисах станут беспрецедентными. Тому есть ряд причин. Например, остающаяся крайне сложной обстановка на Ближнем Востоке, где Вооружённые силы России продолжают свою контртеррористическую миссию. Вокруг вопроса обеспечения максимального уровня безопасности в период чемпионата (14 июня — 15 июля) некоторые круги на Западе замечены в нагнетании ситуации. Россия называется не иначе, как «привлекательной мишенью» для действующих в ближневосточном регионе террористических и экстремистских группировок. На этот счёт ранее высказали своё мнение эксперты британской аналитической компании IHS Markit. Согласно базирующимся в Лондоне аналитикам, основная угроза в период проведения чемпионата будет исходить от боевиков террористической организации ДАИШ («Исламское государство», ИГ, ИГИЛ). «Успешная атака (в России) в пропагандистском плане способствовала бы укреплению позиций ИГ, его боевиков и сторонников, и подчеркнула бы угрозу, которую группировка представляет на международном уровне — несмотря на свои территориальные потери в Ираке и Сирии», — минувшим месяцем делились своими оценками британские эксперты. Участие таких сборных на турнире, как Иран и Саудовская Аравия, а также рекордное представительство на предстоящем Кубке мира национальных дружин с Ближнего Востока и Северной Африки (1), упоминаются в качестве «ещё большего стимула» для ИГ нанести удар в России. Помимо прозрачных намёков на уязвимость России перед лицом террористических планов «экстремистского интернационала», жаждующего отомстить ей за продолжающуюся с осени 2015 года военную операцию в Сирии, внимание заостряется и на факторе внушительного по своей численности нахождения граждан РФ в рядах многочисленных группировок боевиков-исламистов. Так, по данным американской консалтинговой компании Soufan Center на осень 2017 года, на стороне террористов воюет более 3400 россиян, что ставит нашу страну в ряды «крупнейших экспортёров боевиков». До последнего времени «пальму первенства» в этом вопросе («экспорт боевиков» в горячие точки Ближнего Востока) уверенно удерживала «колыбель арабской весны» — североафриканский Тунис. Теперь, по версии «Суфан», топ-5 стран-поставщиков пехотинцев и полевых командиров для террористических и экстремистских группировок выглядит в следующей очерёдности: Россия (3417), Саудовская Аравия (3244), Иордания (3000), Тунис (2926), Франция (1910). Заметим, что базирующийся в Вашингтоне Soufan Center в 2005 году создал Али Суфан, американец ливанского происхождения, бывший сотрудник ФБР, занимавшийся антитеррористическими расследованиями. Подобные оценки во многом носят поверхностный характер и сами по себе являются разновидностью пропаганды, находящейся на службе западных разведок. Один из главных посылов оказываемого на Россию информационно-психологического давления, которое, как можно с уверенностью предположить, будет только возростать по мере приближения к старту ЧМ-2018, довольно прост. Его смысл сводится к тому, что «русские переоценили» собственные возможности вернуться в ряды глобальных сил и теперь будут по нарастающей нести самые серьёзные издержки в связи со своей военной миссией на Ближнем Востоке. Россия вынуждена вкладывать большие инвестиции в систему обеспечения безопасности в дни чемпионата, которые, впрочем, не гарантируют её от террористических атак. Данную мысль можно проследить как в оценках западных аналитических структур, так и в публикациях тамошних СМИ на «футбольную тему». Русские поднимут в небо истребители, разместят в районе стадионов системы ПВО, задействуют мобильные группы РХБЗ (радиационной, химической и биологической защиты), а главным координатором мер по линии антитеррор станет Федеральная служба безопасности (2), пишут, в частности, британские газеты. Однако, продолжают они, уровень террористической угрозы в российских городах, где пройдут матчи чемпионата, до самого его закрытия останется максимально высоким. «Привлекательность» России в качестве мишени для террористов в период ЧМ-2018 на самом деле имеет место быть. При этом следует понимать, что вероятность атак со стороны ИГ во многом преувеличена, и она не должна заслонять собой другой потенциально мощный источник террористической активности. Речь о некогда уступившей «Исламскому государству» место мирового лидера терроризма «Аль-Каиде», которая в последние месяцы заметно восстанавливает свои позиции. Происходит очередное заполнение «вакуума» на джихадистских фронтах сразу в нескольких узловых конфликтных точках Ближнего Востока. На фоне разгромных поражений ИГ в Ираке и Сирии, верхушка «Аль-Каиды» и её «региональные представительства» пытаются заполнить освобождающуюся нишу. Замещение игиловцев алькаидовцами в особенности фиксируется в Сирии. Здесь ИГ вынужден выживать в условиях фактически обречённого сопротивления в нескольких изолированных друг от друга анклавах. Один из таких небольших «котлов» с боевиками ДАИШ сейчас успешно ликвидируется правительственными войсками при поддержке российской авиации на стыке трёх сирийских провинций Алеппо, Идлиб и Хама. «Халифат» утратил «территориальную целостность», вернулся к тактике партизанской войны. Между тем он сохранил потенциал проецирования собственной силы за пределами ближневосточного региона. Атаки боевиков ИГ в европейских городах, которые заметно сходят на нет, являются, возможно, единственным преимуществом этой террористической организации перед её главным конкурентом в лице «Аль-Каиды». Поэтому «привлекательность» России в качестве мишени для удара имеет свой вес и для детища Усамы бин Ладена. Сирийский филиал «Аль-Каиды», группировка «Джебхат ан-Нусра», сменила вывеску ещё летом 2016 года и объявила о формальном разрыве связей с материнской структурой. За прошедшие полтора года переименованная в «Джебхат Фатх аш-Шам» алькаидовская фракция в Сирии сформировала собственный джихадистский конгломерат — альянс «Хайят Тахрир аш-Шам» (ХТШ). Одной из идеологических и военных основ его деятельности остаётся вооружённая борьба с «российским агрессором». С начала текущего года боевики ХТШ отличились серией атак на военный контингент России в САР, включая сбитие 3 февраля над зоной деэскалации «Идлиб» штурмовика Су-25 ВКС РФ. По оценке экспертов ООН, представленной 7 февраля на заседании Совета Безопасности всемирной организации, «Аль-Каида» остаётся «такой же серьёзной террористической угрозой, как ИГ, по меньшей мере в регионах Западная Африка и Южная Азия». Непосредственно на Ближнем Востоке позиции местных алькаидовцев аналитики ООН склонны считать более сильными, по сравнению с их игиловскими конкурентами, пока только в Сомали и Йемене. По Сирии подобная констатация на сегодня отсутствует, хотя всё идёт к тому, что альянс ХТШ вскоре сможет достичь здесь перевеса над ИГ. А значит набирающая в конфликтогенном регионе мощь антироссийская сила может попытаться закрепить свой успех «акциями возмездия» в городах ЧМ-2018. Звучащие от джихадистского конгломерата угрозы перенести войну из сирийского Идлиба в Волгоград, Ростов и Сочи, которые косвенно подогреваются некоторыми западными и арабскими СМИ, было бы большой ошибкой воспринимать исключительно в ключе голой пропаганды. При всех организационных сложностях и огромной ответственности, которая выпадает на органы правопорядка за четыре месяца до матча открытия чемпионата в «Лужниках» всё же присутствует внутренняя уверенность в чётком, как отлаженный механизм, проведении российского мундиаля. Иного выбора не дано. Россия «обречена» доказывать не только собственную военную мощь и неисчерпаемый внутренний потенциал преодления западных санкций, других козней оппонентов на международной арене. Сейчас особенно важна демонстрация организационной силы возрождающейся державы, после зимней Олимпиады в Сочи стоящей на пороге нового события всемирной спортивной значимости. (1) Впервые на Кубок мира пробились сразу четыре арабские сборные. Вместе с Ираном представительство ближневосточных стран на чемпионате возрастает до пяти команд. Таким образом, почти шестая часть всех команд мирового первенства (всего их 32) приходится на регион Большого Ближнего Востока. Никогда прежде стольким футбольным дружинам из Северной Африки и Ближнего Востока финальный этап мирового первенства не покорялся. Предыдущий «рекорд», зафиксированный на чемпионатах 1986 (Мексика) и 1998 (Франция), побит. Тогда в мировые топы удавалось пробиться по трём арабским странам (в Мексике — Алжир, Ирак и Марокко, во Франции — Марокко, Тунис и Саудовская Аравия). (2) Создан межведомственный оперативный штаб по обеспечению безопасности в период проведения чемпионата, руководит которым первый заместитель директора ФСБ Сергей Смирнов. Ближневосточная редакция «NOVOSTI-DNY.Ru»