СМИ

© РИА Новости, Алексей Дружинин | Перейти в фотобанкОценивая ситуацию в России, британский журналист считает, что у нее возникли серьезные экономические проблемы, но о том, что ее ждет крах, говорить рано. Он прогнозирует усиление информационной войны на фоне формирования российско-китайского антиамериканского фронта и не видит перспектив перезагрузки отношений России с США. Интервью с Эдвардом Лукасом (Edward Lucas) — британским журналистом, писателем, экспертом по вопросам безопасности и тематике Восточно-Центральной Европы. Defence 24: Как вы думаете, может ли Россию ждать крах из-за экономических проблем, спровоцированных пандемией коронавируса? Эдвард Лукас: Люди говорят о крахе России с 1991 года. В конечном итоге они могут оказаться правы, но именно сейчас я бы воздержался от драматических прогнозов. Режим Владимира Путина столкнулся с серьезными экономическими проблемами, но он устойчив. В прошлом он сумел справиться со множеством тяжелых испытаний. Конечно, низкие цены на нефть отражаются на состоянии российского бюджета, проблемы появились у проекта «Северный поток — 2», да и сам ход пандемии выступает для Путина негативным фактором. Можно сказать, что у России разболелась голова, но это еще не инфаркт. — Может ли ее «головная боль» позволить таким странам, как Белоруссия, выйти из российской орбиты влияний? — Думаю, Белоруссия располагает в настоящий момент гораздо более широким полем для маневра, чем раньше. Крайне примечателен тот факт, что нефть она сейчас поставляет с Запада. У Путина проблема: наращивая давление на Минск, он усиливает белорусскую оппозицию, его политика оказывается контрпродуктивной. Разумеется, одновременно существует риск того, что, столкнувшись со сложностями внутри страны, он устроит какую-нибудь заграничную авантюру в духе грузинской, сирийской или украинской. Это всегда следует учитывать, однако, полагаю, вероятность того, что он обратится к таким действиям сейчас, невелика. Думаю, у Путина достаточно дел дома, если что-то неожиданное и произойдет, то во второй половине года. — Может ли Путин обратиться к агрессии, чтобы отвлечь внимание от проблем собственной страны? — Он уже делал этот в прошлом, однако, существует много разнообразных форм агрессии. Если вы заглянете в российские СМИ, вы увидите, что они сейчас уделяют много внимания судьбе советских военных монументов в Праге. Пражского мэра, который принял решение о демонтаже памятника маршалу Коневу, они уже окрестили международным символом ненависти. Это сейчас в России громкая тема, Чехия там стала примером страны, которая отплатила неблагодарностью за советское освобождение. Подобные действия не требуют от Кремля больших расходов: достаточно говорить неприятные вещи о каких-нибудь чешских политиках. Как средство отвлечения внимания такая тактика работает хорошо, но для особого волнения причины нет. Исключение представляет мэр Праги, он находится под охраной полиции. — Может ли Китай воспользоваться слабостью России и превратить ее в свою сырьевую базу? — Переход России в период пандемии на китайские позиции стал очень важным событием. На мой взгляд, оно имеет огромное значение, ведь мы видим, как российская пропагандистская машина занимает позицию, сходную с китайской, обвиняет Америку и защищает на международной арене Китай. Думаю, мы стали свидетелями формирования совместного российско-китайского антизападного и антиамериканского фронта. Не знаю, станет ли такая стратегия долгосрочной, ведь на самом деле россияне очень боятся китайцев. — Вы говорите о пропаганде, а могут ли отдельные страны создавать фальшивые новости на тему коронавируса и использовать их в своих целях? — Я предпочитаю использовать выражение «фальшивые новости» с осторожностью, не думаю, что оно нам в чем-то помогает. Я считаю, что мы имеем дело с информационными акциями, выступающими элементом более масштабных операций враждебных государств. Россия, Китай, Иран — вот три самые важные страны в этом списке. Концентрировать внимание исключительно на информационной тематике, на мой взгляд, неправильно, хотя Россия и Китай с начала пандемии развернули свою активность преимущественно в этой сфере. Они применяли дипломатическую тактику в ВОЗ и других международных организациях; использовали поставки гуманитарной помощи, преувеличивая их значение; распространяли антизападную пропаганду, гласившую, что Европейский союз, НАТО или США не справляются с ситуацией; продвигали теории заговора, сеяли панику. Однако следует смотреть на это как на один из элементов более широкой стратегии. — Могут ли Россия и Китай использовать пандемию для ослабления НАТО или ЕС? — Это, разумеется, уже происходит. Мы были свидетелями демонстрации китайских возможностей в Сербии, когда президент Вучич заявил, что Евросоюз ничего не делает, а единственным другом Белграда остался Пекин. Китай показал, как выглядит его программа по укреплению влияний в западной части Балканского полуострова. Для нас это должно стать предупреждением, тревожным звоночком. Мы уже видели масштабные операции Китая и России в Италии. Происходит много событий, пандемия открыла новые возможности как перед Пекином, так и перед Москвой. — Некоторые эксперты говорят, что Кремль может воспользоваться ситуацией и попытаться добиться отмены европейских санкций. — Россияне непременно воспользуются каждым удобным случаем для продвижения идеи об их смягчении. Они захотят объединить эту тему с экономической помощью в постпандемический период и скажут: «Если вы хотите внедрять международные механизмы экономической поддержки, то отмените санкции». Я, однако, сомневаюсь, что этот путь к чему-то приведет. О том, что под давлением России ограничительные меры отменят, говорят уже с 2014 года. Европа должна быть благодарна канцлеру Ангеле Меркель и немецкому правительству за то, что те жестко придерживаются в этой сфере принятого курса, несмотря на давление со стороны Венгрии и Италии или разногласия внутри самой Германии. — Эпоха Меркель может в 2021 году подойти к концу. — Очень интересно, что будет в Германии, если там появится новое правительство. Центр тяжести в Европе может сместиться, вероятность этого невелика, но она существует. Мы до сих пор не знаем, кто станет преемником Меркель. — А что с президентскими выборами в США? Может ли победа демократов привести к новой «перезагрузке» в американо-российских отношениях? — Каждый, кто захочет снова пойти на такой шаг, будет помнить о не внушающей оптимизма история «перезагрузок». Даже президент Трамп не смог перевести отношения между США и Россией в дружественный формат. Официальные американские органы не тяготеют к перезагрузке. Думаю, если победит Байден, мы увидим возвращение, скорее, к политике в стиле Клинтона, которая была в отношении Москвы довольно жесткой, чем к политике в стиле Обамы, совершившего в контактах с Кремлем ряд ошибок.