СМИ

© РИА Новости, Алексей Витвицкий | Перейти в фотобанкНасколько Запад един? Лейтмотивом Мюнхенской конференции, самой масштабной встречи политиков и чиновников, отвечающих за политику безопасности, которая прошла в минувшие выходные, стала «незападность» — ощущение дезориентации, которую многие европейцы испытывают в эпоху лозунга «Америка в первую очередь».Начиная с 1940-х годов американское руководство на страже единой и защищенной Европы было неизменной чертой ландшафта этого континента. В течение многих десятилетий Соединенные Штаты посвящали себя тому, чтобы защищать Европу от России, сохранять базы в Германии, чтобы она больше не угрожала своим соседям, и способствовать европейской интеграции. Теперь европейцы не понимают, в каком именно положении они находятся, и атмосферу на таких конференциях, как Мюнхенская конференция по безопасности, заполняет смесь недоумения, гнева, разочарования и страха. Нет никаких сомнений в том, что политика администрации Трампа — от торговых войн и до ее жесткой позиции в отношении Ирана — стала серьезным испытанием для трансатлантических отношений, доведя их до предельной напряженности. Однако, чтобы понять причины стремительного ослабления западного альянса, европейцам стоит тратить меньше времени на критику в адрес Дональда Трампа и внимательнее посмотреть на свое отражение в зеркале. Хорошей отправной точкой могут стать результаты нового опроса, проведенного аналитическим центром Pew ранее в феврале и посвященного состоянию Организации Североатлантического договора. На первый взгляд результаты этого опроса выглядят обнадеживающе. В 14 европейских странах, а также в Канаде и Соединенных Штатах в среднем 53% респондентов ответили, что они положительно относятся к НАТО, и только 27% ответили, что относятся к этому альянсу отрицательно. Несмотря на заметное падение рейтинга НАТО среди французов и немцев, такие цифры выглядят неплохо. Трамп, Эммануэль Макрон и Ангела Меркель пользуются в своих родных странах меньшей популярностью, нежели НАТО. Такие цифры приемлемы, однако этой поддержки недостаточно. На вопрос о том, должна ли их страна начать войну с Россией в том случае, если Россия атакует какого-нибудь члена НАТО, 50% респондентов ответили отрицательно, и только 38% респондентов сказали, что альянс должен выполнить свои обязательства перед своими членами. Давайте разберемся в этих цифрах. Только 34% немцев, 25% греков и итальянцев, 36% чехов, 33% венгров и 41% французов считают, что их страны должны будут выполнить свои обязательства в том случае, если какая-то европейская страна подвергнется атаке. Только в Соединенных Штатах, Соединенном Королевстве, Нидерландах и Литве большинство опрошенных высказались за то, чтобы их страны выполнили свои обязательства перед другими членами НАТО. Европейцы часто противопоставляют «национализм» таких «отсталых» политических культур, как Россия, Китай и Соединенные Штаты, их собственному предположительно «просвещенному» отношению к международной солидарности. Тем не менее, если эти цифры корректны, европейцы вовсе не заменили национализм европейской солидарностью. Они заменили национализм фантазиями — иллюзией о том, что можно обеспечить себе безопасность и процветание в отсутствие мощной системы обороны. Такое видение делает европейцев уязвимыми и угрожает расколом на Западе. Европейские лидеры считают, что они обменивают свои локальные привязанности на более масштабные обязательства более высокого уровня, тогда как на самом деле их странам не хватает той солидарности, которая как раз и делает международный порядок возможным. Те, кто воображает, что они могут поддерживать свою безопасность, не имея никакого желания сражаться за нее, постепенно превращают НАТО в бумажного тигра. Именно на это и надеются враги альянса. Между тем в большинстве своем европейцы все еще доверяют Америке. 75% итальянцев считают, что Соединенные Штаты поднимутся на защиту членов НАТО в случае атаки со стороны России. Такого же мнения придерживаются 63% немцев и 57% французов. Несмотря на двойственное отношение европейцев к необходимости выполнять обязательства, налагаемые на них членством в НАТО, их уверенность в том, что Америка — Америка Дональда Трампа — выполнит свои обязательства, удерживает этот альянс от распада. Проблема Европы заключается не в Трампе. И не в национализме. И не в том, что другие не настолько мудры или просвещены, чтобы разделять идеалы Европы. Проблема Европы заключается в том, что слишком мало европейцев действительно готовы защищать те идеалы, в которые, как они сами утверждают, они верят. То, что молодые немцы больше не мечтают сражаться и умирать ради того, чтобы захватить Польшу, — это замечательно. Однако тот факт, что лишь немногие молодые немцы считают Европу достаточно важной для того, чтобы защищать ее и, если понадобиться, рискнуть ради нее своей жизнью, — это плохо и даже опасно. Решить эту проблему будет непросто. Для многих европейцев главной целью европейской интеграции было положить конец войне. В течение многих веков национализм европейских народов повергал этот континент в одну войну за другой. Европейский союз должен был поставить точку в этих межнациональных конфликтах и положить конец циклу насилия. Любить Европу значило вступить в пост-историческую эпоху бессрочного мира. Для тех избирателей, которые выросли в этом европейском коконе, необходимость защищать европейские идеалы посредством военной силы кажется парадоксом. Как можно выстроить мир, развязав войну? В противовес этой точке зрения американцы продолжают верить, что Европа стоит того, чтобы ее защищать. Мы должны надеяться, что в течение следующих нескольких лет с этой позицией согласится больше европейцев. В противном случае вероятность закрепления «незападности» будет расти.