СМИ

© AP Photo, Fernando VergaraМногие борцы за мир вынуждены объяснять, что мир лучше войны, но людям очень сложно поверить в правдивость этого крайне логичного утверждения, говорит экс-президент Колумбии Хуан Мануэль Сантос. Оставаться популярным и быть лидером во время войны гораздо легче, чем быть лидером в стране, стремящейся к миру, добавляет политик. Шимон Перес — чудесный и очень вдохновляющий человек, с которым у меня были очень хорошие и близкие отношения. И я хотел бы поделиться тем, как его опыт помог мне в мирных переговорах. Совместно с Ицхаком Рабином и Ясиром Арафатом, Шимон Перес получил Нобелевскую премию мира. Весь мир и сами израильтяне очень насторожено относились к их отношениям с Арафатом. Но у Ицхака Рабина была своя доктрина — он говорил, что будет вести переговоры с террористами, так словно терроризма не существует. И будет бороться с терроризмом так, будто нет мирных переговоров. Это было очень сложное решение. И мне в свое время тоже пришлось такое принять. Почему сложное? Потому что нет ничего сложнее, чем объяснять своим гражданам, зачем вы общаетесь с противником. Ицхак Рабин заплатил за это своей жизнью. Он был убит за то, что ему хватило смелости сделать этот шаг. Попробовав пойти подобным путем, я заплатил своим политическим капиталом. Меня избрали в 2010 году, поскольку я был очень успешен в ведении войны. Но как только мне пришлось сесть с бывшими врагами за стол переговоров, моя популярность стала снижаться — меня назвали предателем. Многие борцы за мир вынуждены проходить через это и объяснять, что мир лучше войны. Иногда людям очень сложно поверить в правдивость этого крайне логичного утверждения. Оставаться популярным и быть лидером во время войны гораздо легче, чем быть лидером в стране, стремящейся к миру.Ялтинской европейской стратегии (YES)