СМИ

© РИА Новости, Алексей Филиппов | Перейти в фотобанкАвтор проявляет типичное для западных СМИ двойственное, восхищенно-негативное отношение к Путину. Благодаря жесткой финансовой политике РФ избежала развала денежной системы, угробившего СССР в 1991-м году. Санкции не смогли изменить политику Кремля, хотя они и снизили рост РФ. Остается искать другие «методы противодействия реваншистской России». О примирении автор пока помыслить не решается, хотя его собеседники из экспертного сообщества США явно указывают на поражение политики давления в отношении России.Демонстрируя углубляющиеся трещины в некогда сплоченной экономической кампании Запада против России, министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан (Jean-Yves Le Drian) заявил в понедельник репортерам, что «настало время» для примирения между ЕС и Москвой. В то время как Франция делает пробные шаги к примирению, вернувшиеся на этой неделе к работе американские законодатели прорабатывают в конгрессе как минимум два законопроекта о санкциях против России. Но политики и эксперты сомневаются в том, что дальнейшие односторонние санкции станут эффективным ответом на авантюризм российского президента Владимира Путина, поскольку они также могут навредить отношениям с американскими торговыми партнерами и союзниками. США и их союзники приняли первый пакет экономических санкций в 2014 году, намереваясь наказать Россию за аннексию Крыма и за поддержку сепаратистских боевых формирований на востоке Украины. Но с тех пор российское политическое руководство построило настоящую бюджетно-финансовую и налоговую крепость, в которой приоритет отдается не росту, а стабильности. Эта неожиданно для наших аналитиков возникшая крепость служит оплотом российского суверенитета, а также помогает Кремлю выстоять в условиях экономических санкций, что он делает более успешно, чем считали аналитики в США. Воспользовавшись помощью опытных и умелых технократов типа главы российского Центробанка Эльвиры Набиуллиной, Путин создал фундамент, позволяющий надежно защитить Кремль от внешнего давления, такого как санкции, а также помогающий российской экономике пережить будущие экономические бури и потрясения, будь это падение нефтяных цен или мировой спад. «По сути дела, ответ Путина на санкции таков: мы меньше инвестируем, у нас слабее рост, мы меньше потребляем, но мы накапливаем резервы, чтобы я мог продолжать свою агрессивную политику», — заявил старший научный сотрудник Атлантического совета (Atlantic Council) Андерс Ослунд (Anders ?slund), специализирующийся на экономическом курсе России. Несмотря на дружеские высказывания, которыми обмениваются президенты Дональд Трамп и Путин, напряженность между двумя странами продолжает нарастать, а гонка вооружений набирает обороты. В этом месяце Путин заявил, что Россия приступит к производству ракет, которые ранее были запрещены подписанным в годы холодной войны договором с США. А в конце августа российский президент пообещал «симметричный ответ» после того, как Соединенные Штаты провели запрещенные ранее ракетные испытания. Однако наращивание российской военной мощи, а также зарубежные авантюры в Сирии, на Украине и в Венесуэле — не единственные признаки того, что Кремль готовится к длительной осаде. В течение жизни Путина Россия не раз сталкивалась с экономическими кризисами. Началось все с распада Советского Союза в начале 1990-х. Потом был финансовый крах 1998 года, глобальная рецессия в 2008-м и 2014 годах. «Мне кажется, когда Путин смотрит на экономические вызовы, он меньше думает о росте и гораздо больше о том, как пережить очередной кризис», — сказал доцент Университета Тафтса Кристофер Миллер (Christopher Miller), занимающийся исследованиями российской экономики. С 2014 года Россия увеличила свои валютные запасы до умопомрачительной цифры в 500 миллиардов долларов (заняв по этому показателю четвертое место в мире). Она также погасила свои внешние долги, пустила в свободное плавание (иными словами, девальвировала) российский рубль ради повышения конкурентоспособности своего экспорта, отказалась от долларовых накоплений в целях изоляции своей экономики от американской финансовой системы и уравновесила расходы и доходы государства. Россия также заложила низкую цену на нефть в прогноз своих бюджетных доходов (40-45 долларов за баррель), что позволяет государству заканчивать каждый год без бюджетного дефицита. Нефть является главной статьей российского экспорта и прочной основой ее резервов. «Люди, особенно в Вашингтоне, преувеличивают значение газа по сравнению с нефтью, — сказал старший научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies) Эдвард Чоу (Edward Chow). — Из каждого доллара, заработанного Россией на нефти и газе, 80 центов приходится на нефть и только 20 центов на газ». Но политика Кремля не обходится без издержек, больно ударяя по карманам простых россиян. ВВП страны с 2014 года растет очень медленно, зависнув на уровне роста в 1-2 процента в год, реальные зарплаты россиян последние пять лет остаются без изменений, а задолженность по потребительским кредитам за этот же период почти удвоилась. Чтобы стимулировать экономику, Кремль планирует потратить триллионы рублей на «нацпроекты», но они вряд ли существенно помогут экономическому росту. «Все это звучит замечательно, но на самом деле очень мало что происходит», — сказала профессор Джорджтаунского университета Анджела Стент (Angela Stent), написавшая книгу «Мир Путина. Россия против Запада — вместе с остальным миром» (Putin's World: Russia Against the West and with the Rest). Если темпы роста остаются низкими, то тогда спад в экономике лишит в перспективе Россию возможности конкурировать на мировой арене с теми странами, где темпы роста выше. Миллер так сказал о возможных последствиях: «Сейчас они выиграли свою внешнюю политику, но позже проиграют последствия». Некоторые западные эксперты усматривают в летних московских протестах и в слабом экономическом росте признаки будущих проблем для Кремля. Однако, хотя путинский режим и обеспокоен долговременными последствиями, экстренным кризисом он такую ситуацию не считает. «Путин думает о макроэкономической стабильности, потому что он сосредоточился на суверенитете и хочет контролировать население другими средствами, — сказал Ослунд. — А темпы роста его не беспокоят». Поскольку российский президент ищет альтернативы глобальной западной системе банковских платежей СВИФТ и укрепляет связи с Китаем, становится ясно, что отстранение от участия в мировом экономическом клубе Запада не имеет для него особого значения. Руководители и политики в Европе и США будут и дальше спорить о том, каковы оптимальные способы противодействия реваншистской России. Но они не могут игнорировать те экономические бастионы, которые возвели Путин и другие творцы кремлевской политики. А если Соединенные Штаты самостоятельно и в одностороннем порядке пойдут на дальнейшие санкции, не спрашивая согласия у своих союзников и торговых партнеров, то это навредит трансатлантическим отношениям, которые и без того трещат по швам во время непредсказуемого президентства Трампа. «Я просто не вижу, в чем эти меры достигли каких-то результатов. При их экстерриториальном применении они сделали лишь одно — еще больше отдалили и настроили против США их союзников», — сказала Стент.