СМИ

© РИА Новости, Евгений Биятов | Перейти в фотобанкВ России еще не настал момент для демократических перемен. Оппозиции предстоит заручиться большей поддержкой масс, преодолеть внутренние разногласия и получить места в государственных органах власти. Еще не сложились условия, для этого нужно время, однако уже очевидно, что другая Россия действительно существует, считает эксперт Кармен Клаудин.Россия меняется. В течение нескольких лет на огромной территории России незаметно, но постоянно проявляются многочисленные признаки недовольства и разрушения путинизма. Режим регулярно делает всё возможное для того, чтобы убрать с политической арены представителей настоящей оппозиции, то есть не тех, кто заседает в парламенте для создания видимости плюрализма. Начиная с июня, полиция задержала около 2700 протестующих. Однако подобные действия всё чаще имеют обратный желаемому эффект, что подтверждают результаты недавно прошедших выборов в столице и других регионах страны. Так, например, правящая партия «Единая Россия» потеряла треть мест в городской Думе Москвы, знаковом и наряду с Санкт-Петербургом политически важном городе страны. Анализируя влияние московских протестов на ситуацию в регионах России, социолог Денис Волков отмечает, что события в столице негативно сказались на отношении общества к власти и привели к появлению новых политиков федерального уровня, которых Кремль хочет скрыть. Россияне всё чаще начали использовать местные и региональные выборы для того, чтобы в первую очередь выразить недовольство уровнем жизни и особенно в крупных городах нарушением гражданских прав. Например, в 2018 году в четырех регионах на Дальнем Востоке на выборах губернатора кандидат от власти не смог одержать победу. Такой результат был очень неожиданным, поэтому в этом году Кремль принял все необходимые меры предосторожности. Несмотря на то, что в этот раз по результатам выборов в Приморском крае и на Дальнем Востоке победили представители действующей власти, в Улан-Удэ несколько сотен человек вышли на митинг против организованных Москвой махинаций на выборах. На другом конце страны в Севастополе, имеющем также символическое значение для путинизма, наметилась обратная тенденция: если в 2014 году после незаконного присоединения Крыма к Российской Федерации «Единая Россия» одержала триумфальную победу и набрала 77% голосов, то сейчас уровень поддержки резко упал и составляет 38%. В апреле 2019 года «Левада-Центр», являющийся по-настоящему независимой организацией и включенный министерством юстиции в длинный список иностранных агентов, опубликовал исследование, которое в более полной мере отражает реальное положение дел в Крыму. Если в марте 2014 года 60% были уверены в том, что страна движется в правильном направлении, а 26% — в том, что она идет по неверному пути, то пять лет спустя, в марте 2019 года, первое число сократилось до 48%, а второе увеличилось и составляет 44%. Созданная при президенте Владимире Путине вертикаль власти разваливается. Лозунг «Крым наш» больше не воодушевляет людей, его одного уже недостаточно для того, чтобы отодвинуть на второй план такие проблемы, как экономический спад, ухудшение уровня жизни, разрушенные дороги и улицы в регионах, безусловно, не в столице, сокращение пенсий, которые часто не выплачивают, увеличение пенсионного возраста, которое некоторые российские аналитики считают нарушением общественного договора между государством и его гражданами. Невозможно использовать ситуацию в Крыму и тем более в Сирии для того, чтобы отвлечь внимание граждан от социальных проблем. Очевидна та важность, которую общественность придает этим вопросам, поэтому даже проправительственные СМИ вынуждены уделять им внимание. Например, в апреле 2018 года газета «Ведомости» опубликовала исследование, проведенное самым влиятельным банком РФ Сбербанком, которое показало, что доля относящихся себя к среднему классу людей сократилась с 60% в 2014 году до 47%. С другой стороны, поколение Путина, то есть те, кто не жил при советской власти и у кого не было другого политического выбора, тоже меняется. Поддержка молодежи, которую президенту удалось завоевать, исчезает. Так, согласно всероссийскому исследованию, который провел «Левада-Центр» в декабре 2018 года, 41% респондентов в возрасте от 18 до 24 лет готовы навсегда уехать за границу. «Нам нужно готовиться к завтрашнему дню», — объяснил мне Максим пару лет назад в кафе неподалеку от Пушкинской площади, одного из тех мест, где этим летом проходили массовые акции протеста. Вызывает удивление и, конечно же, вселяет надежду то, что россияне, даже молодежь, задумываются о политическом будущем страны и подготовке к переменам, особенно с учетом менталитета и политической культуры постсоветской России. Вместе с тем следует признать, что после Путина может быть еще меньше демократии, чем сейчас. Так считают и некоторые аналитики, например, Иван Крыстев (Иван Кръстев). Однако на данный момент единственным подлинным вызовом установившемуся порядку является стремление к демократии, а не идеи национализма и консерватизма, на которых зиждется Кремль. Вспоминаются слова припева «А на кладбище так спокойненько…» великого поэта и певца Владимира Высоцкого. Так он намекал на «советский мир». Этой фразой можно описать застой и статичность нынешней политической системы Путина. С учетом экономического упадка и сокращения социальной поддержки режим может обеспечить преемственность только при помощи силы (внутренняя безопасность и оборона) и зловредного ближайшего окружения президента. Горькой насмешкой истории можно считать то, что спасательный круг Путину и националистической ультраконсервативной идеологии, даже обскурантистской, бросает именно упадочная Гейропа или загнивающий Запад. Те, кто в Брюсселе и в государствах Европейского союза считает необходимым вернуться к политике сближения с Россией ради стабильности на континенте и для более эффективного противодействия вызовам, которые представляют из себя США и Китай, не могут и не должны игнорировать тот факт, что уже по-разному пробовали построить такие «стратегические» отношения, как, например, партнерство или сотрудничество. Однако для Европы это абсолютно не гарантировало улучшение ситуации в плане безопасности. Ярким тому подтверждением является Крым — единственный со времен Второй мировой войны случай захвата силой части европейской территории. На протяжении многих лет путинская Россия притворяется, что ей не нравится, когда западные страны не считают ее равноправным партнером, однако в то же время она всегда жалуется на то, что они не признают ее особый статус. Несмотря на то, что Кремль слабее, чем кажется, еще не настал момент для демократических перемен. Оппозиции предстоит заручиться большей поддержкой масс, преодолеть внутренние разногласия и получить места в государственных органах власти. Еще не сложились условия, для этого нужно время, однако уже очевидно, что другая Россия действительно существует.