СМИ

© AP Photo, Eugene HoshikoБывший советник Рейгана и Никсона, консервативный мыслитель Пэт Бьюкенен смотрит на «антилиберализм» Путина прагматично, без морализаторства. Вот факты: Трамп не чурается «председателей концлагерей» из Китая и КНДР, ругаемые в СМИ как «антилибералы» главы Индии и Турции — члены G20. Значит, либерализм проиграл: в Китае, Индии, Турции и России живет больше людей, чем на Западе. Но так ли уж аморальны раздражившие Бьюкенена рукопожатия? Встреча его шефа Никсона с Мао в 1973 году проложила путь к выходу Китая из сталинизма.«Либеральная идея себя изжила…. Либералы не могут диктовать никому и ничего, что они пытаются делать последние десятилетия». Такое уверенное заявление Владимир Путин сделал в интервью «Файненшл Таймс» накануне встречи «Большой двадцатки», которая подтвердила его тезисы. Вот давайте посмотрим, к кому было привлечено все внимание в Осаке. Главным событием стала встреча Трампа с китайским руководителем Си Цзиньпином и их договоренность возобновить торговые переговоры. У Си в стране есть целый архипелаг концлагерей, где уйгурам и казахам принудительно «исправляют» их исламистское мировоззрение. Средства массовой информации на саммите также уделили большое внимание встрече Трампа с Путиным, на которой он игриво предупредил российского президента о недопустимости нового вмешательства в наши выборы в 2020 году. Потом они пошутили о том, какие страдания им причиняют СМИ, генерирующие нескончаемый поток фейковых новостей. На коллективной фотографии G-20 Трамп улыбается и жмет руку наследному принцу Саудовской Аравии Мухаммеду ибн Салману, который, как утверждает американская разведка, приказал убить обозревателя «Вашингтон Пост» Джамаля Хашогги. Трамп назвал принца «другом» и сказал, что тот проделал «блистательную работу». Затем Трамп отправился в Сеул, побывал в демилитаризованной зоне и перешел на территорию Северной Кореи, чтобы обменяться рукопожатием с Ким Чен Ыном, который руководит полицейским государством, не имеющим себе равных по жестокости репрессий. Возможно, стороны вернутся к переговорам о северокорейском ядерном оружии. Среди других лидеров на встрече G-20 был индийский националист Нарендра Моди и турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган, который после попытки переворота в июле 2016 года бросил за решетку десятки тысяч человек. Давая интервью Лайонелу Барберу из «Файненшл Таймс», Путин предстал в образе не столько аналитика, сколько адвоката национализма и популизма, который, судя по всему, приходит на смену западному либерализму, характерному для двадцатого века. Почему либерализм терпит неудачу? Есть несколько причин, сказал Путин. Среди них неспособность преодолеть кризис века, каким является массовая и беспрепятственная нелегальная миграция. Путин похвалил Трампа за усилия по защите американской границы: «Сама эта либеральная идея себя изжила, и она вступила в противоречие с интересами подавляющего большинства населения…. Эта либеральная идея предполагает, что вообще ничего не надо делать. Убивай, грабь, насилуй — тебе ничего не будет, потому что ты мигрант, надо защищать твои права». Путин подверг критике решение канцлера Ангелы Меркель открыть двери Германии для миллиона беженцев, спасавшихся от гражданской войны в Сирии. Его заявление прозвучало в момент, когда 10 кандидатов от Демократической партии на вторых президентских дебатах поддержали предложение о том, что нелегальное проникновение в США не следует считать преступлением, и что тем, кому удалось это сделать, надо предоставлять бесплатную медицинскую помощь. Путин также считает, что социальные перегибы мультикультурализма и антиклерикализма на Западе свидетельствуют о провале либерализма. Когда огромные толпы отмечали в Гринвич-Виллидж 50-ю годовщину Стоунволлских бунтов (первый случай сопротивления гей-сообщества преследованиям со стороны полиции, сопротивление было оказано в ночь на 28 июня 1969 года в гей-баре «Стоунволл-инн» — прим. перев.), проводя вечеринки и гей-парады, Путин заявил: «Мы что, забыли, что мы все живем в мире, который основан на библейских ценностях?… Я не хочу никого обидеть, понимаете, нас и так делают гомофобами и так далее. А мы ничего не имеем против людей нетрадиционной сексуальной ориентации. Дай бог здоровья, пусть живут так, как считают нужным». Затем он добавил: «Но некоторые вещи для нас кажутся избыточными. Что касается детей, напридумывали, я не знаю, там пять полов уже или шесть полов». Путин не отступал: «Пускай всем будет хорошо, мы ничего ни против кого не имеем. Но нельзя за этим забывать и культуру, и традиции, и традиционные устои семей, которыми живут миллионы людей коренного населения». Путин пришел к власти 20 лет назад, когда начался двадцать первый век. В последние годы он представляет себя не только в качестве врага либерализма, но и сторонника популизма, традиционализма и национализма. Он без колебаний излагает свои взгляды на политику США. Про Трампа Путин говорит следующее: «Он талантливый человек. Он очень тонко чувствует, что ждет от него избиратель…. Господин Трамп в отличие от его оппонентов тонко почувствовал… изменения внутри американского общества, и он это использовал». Вспомнив свое вызвавшее острую полемику заявление о том, что распад Советского Союза был величайшей трагедией двадцатого века, Путин заявил, что трагедией является не гибель коммунизма, а распад Российской Федерации на 15 отдельных стран (так в тексте, на самом деле в 1991 году распался Советский Союз, имевший 15 союзных республик, — прим. перев.). Трагедия заключалась в том, что «этнические русские» оказались разбросанными по новым независимым государствам, пришедшим на смену Советскому Союзу. «25 миллионов этнических русских оказались за пределами Российской Федерации…. Разве это не трагедия? Еще какая! А родственные связи? А работа? А перемещение? Беда просто, по-другому и сказать нельзя». Что можно сказать о Путине? Он не Сталин, не коммунистический идеолог, а скорее русский националист, стремящийся вернуть на Родину потерянных людей. А считая свою страну великой державой, он хочет, чтобы НАТО ушла из переднего двора России. У нас есть к нему вопросы по поводу контроля вооружений, Ирана и Венесуэлы, но у нас есть и общие интересы, состоящие в недопущении войны с ядерной державой. Мы делали это в эпоху холодной войны с гораздо более грозной советской империей.