СМИ

© страница Nord Stream 2 Corp. в TwitterАвтор статьи в бразильской газете комментирует предложение Европарламента блокировать газопровод «Северный поток — 2» и реакцию Конгресса США. Вашингтон не ограничился оказанием давления на Россию в сфере энергетики. В минувший понедельник США подтвердили также свое несогласие с «аннексией» Крыма, приняв законопроект, определяющий невозможность признания полуострова частью России. В те дни, когда Россия празднует пятую годовщину аннексии Крыма, Европа вновь пригрозила Москве потенциальным запретом на реализацию ее главного на данный момент энергетического проекта — газопровода «Северный поток — 2». Во вторник (12 марта) Европарламент одобрил законопроект, призывающий к принятию политических мер по приостановке работы газопровода, который удвоил бы сегодняшние поставки российского газа в Германию — основному потребителю российского голубого топлива. В настоящий момент Европа напрямую зависит от России: именно оттуда в 2018 году поступило 37% газа на отопление домов и промышленные нужды континента, причем половина этого объема пришлась на Германию и Италию. На практике этот запрет будет не так уж просто осуществить. Во-первых, ввиду интересов самой крупной и богатой европейской страны — Германии, которая сегодня покупает у Москвы 40% своего газа. Топливо поступает главным образом через «Северный поток — 1», проложенный по дну Балтийского моря и напрямую соединяющий Россию и Германию. Газопровод был открыт в 2011 году и положил начало независимости России от традиционного маршрута через Украину, по которому следует большая часть ее продукции в Европу. Проблема заключается в том, что сегодня русские и украинцы пребывают в состоянии конфликта. В 2014 году Москва аннексировала Крымский полуостров, территорию, где проживает по большей части русскоязычное население (в советское время Крым был передан Киеву тогдашним советским лидером Никитой Хрущевым — украинцем по происхождению). Эта мера стала решительным ответом на переворот, в результате которого было свергнуто прокремлевское правительство на Украине, когда президент Владимир Путин не на шутку испугался, что его сосед интегрируется в западные экономические и военные структуры. Крымский региональный парламент предпринимал попытки провозгласить независимость от Киева с момента окончания холодной войны, когда регион вошел в состав Украины. В ходе кризиса 2014 года Москва тайно отправила в Крым своих военных, чтобы обеспечить контроль над стратегическими объектами полуострова. В это время конгрессмены организовали 16 марта референдум: 96,7% жителей Крыма и 95,6% избирателей Севастополя, города с особым статусом, одобрили возвращение Крыма в состав России, однако эти результаты не были признаны Западом. 17 марта была провозглашена независимая Республика Крым, а 18 марта Путин подписал договор о реинтеграции Крыма, который три дня спустя был ратифицирован законодательным собранием. Воссоединение, как называют это событие в России, привело к тому, что Запад ввел в отношении путинского государства экономические санкции. На практике они не возымели столь масштабного эффекта, как наблюдавшееся в то же время падение цены на нефть — оно-то и вызвало в стране двухлетнюю рецессию, из которой Россия начинает медленно выбираться: по прогнозам, рост ВВП составит 1,5-2% — в том числе благодаря частичному восстановлению цены за баррель. Два года назад Соединенные Штаты также распространили свои экономические санкции на энергетический сектор, поставив под угрозу такие проекты, как «Северный поток — 2», но не он один: французы совместно с российской компанией «Газпром» также занимаются расследованием газовых месторождений в Арктике. Европейские компании, участвующие с русскими в совместных предприятиях, которые сегодня оцениваются в 25 миллиардов долларов, не могли не посетовать на такое положение дел, и на практике пока ничего не изменилось. Политически Путин находится в изоляции. Однако его энергетическая дипломатия, которую в прошлом году уже осудил президент США Дональд Трамп, сохраняет каналы открытыми для европейских стран. Мы наблюдаем здесь определенную взаимозависимость: 40% российского бюджета составляют доходы от экспорта нефти компанией «Роснефть», и почти 50% российского экспорта приходится на углеводороды (55-процентная доля идет 28 странам Европейского союза). Строительство «Северного потока — 2» находится на продвинутой стадии, ожидается, что газопровод будет готов к эксплуатации в период между второй половиной этого года и началом 2020-го. Как и его младший брат, «Северный поток — 2» идет в обход не только Украины, но и стран Балтии, которые всерьез обеспокоены геополитическими шагами России. На территории Эстонии, Латвии и Литвы, ранее входивших в состав Российской империи и Советского Союза, проживает значительные по числу русскоязычные меньшинства — недаром эти страны поспешили войти в НАТО (военный альянс Запада), чтобы защитить себя от возможных авантюр Москвы. Эти малые страны присоединились к западной системе обороны в 2004 году, когда шел первый президентский срок Путина и его отношения с Западом носили гораздо более открытый характер. Наблюдая за постепенным сжатием своих военных границ, Путин решил, что больше не допустит попыток такого рода. В результате, в 2008 году мы имеем войну с Грузией, а в 2014 году — реакцию на переворот в Киеве, которая не только вернула Крым в состав России, но и создала сепаратистские зоны на Востоке Украины в ходе конфликта, в котором уже погибло более десяти тысяч человек. Соединенные Штаты не ограничились оказанием давления на Россию в сфере энергетики — в минувший понедельник они также подтвердили свое несогласие с «аннексией», приняв в Конгрессе законопроект, определяющий невозможность признания Крыма частью России. На самом деле эта мера чисто риторическая. Как написал в своем аккаунте в Фейсбуке председатель Комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев, «это решение не будет иметь никаких последствий ни для фактического статуса Крыма, ни для международной ситуации вокруг него».