СМИ

© РИА Новости, Александр Кряжев | Перейти в фотобанкКорреспондентка австрийской «Ди прессе», побывала в Красноярске, осталась под впечатлением и подняла модную тему о вреде использования угольных электростанций. Беседы с нашими радикальными экоактивистами привели ее к политкорректному выводу: летние наводнения и пожары в России — это последствия изменения климата, с которым мы недостаточно боремся. Правда, научных доказательств у автора нет.За окном датчик круглые сутки измеряет уровень загрязнения воздуха. Игорь Шпехт подходит к компьютеру и открывает веб-сайт, который анализирует данные с более десятка измерительных приборов во всем городе. Шпехт показывает статистику на мониторе. Вывод: воздух в Красноярске опять плохой. Уровень загрязнения большую часть августа превышал допустимые показатели в три раза. Шпехт — ему где-то между 30 и 40 годами, с бородой, в рубашке в клетку — экоактивист в сибирском промышленном городе Красноярске. Он создал программу «Небо», которая при помощи приложения информирует жителей города о качестве воздуха в городе. Вне зависимости от официальных данных, которым многие больше не доверяют. Многочисленные дымовые трубы, находящиеся вокруг города на Енисее, загрязняют воздух. Основными загрязнителями являются не промышленные предприятия или автомобили, говорит Шпехт. «Это ложь, которую нам давно рассказывают». Больше всего загрязняют воздух работающие на угле электростанции. Город зависим от них — они производят электричество, нагревают воду и отапливают квартиры. «Мы живем словно в средневековье», — критикует активист ту грязь, которая возникает из-за большого использования угля. Зимой выпадает черный снег. Недавно здание, которое находится напротив офиса Шпехта, не было видно из-за смога. Плохой воздух угрожает здоровью пожилых людей, молодежи, страдающих легочными заболеваниями и аллергиков. Разрушительные итоги Загрязнение воздуха уже давно является проблемой российских городов. Из-за лесных пожаров в Сибири этим летом эта проблема стала достоянием гласности на международном уровне. То, что «экологические грехи» больше нельзя замалчивать, вынужден был признать и губернатор Красноярского края Александр Усс. Когда он заявил, что тушить пожары «бесполезно», в социальных сетях поднялся шквал гнева. Жители требовали его отставки. Вскоре после этого в небо над тайгой для тушения пожаров поднялись самолеты. Сейчас пожары утихли. Итог жаркого лета разрушителен — огонь уничтожил девять миллионов гектаров. Лесные и торфяные пожары в Сибири и других регионах беспокоят исследователей глобальных погодных изменений, которые опасаются сильного изменения климата в мире. Россия особенно остро ощущает изменение климата. В Восточной Сибири этим летом были затоплены огромные территории. Ученые предупреждают, что из-за изменения климата в будущем подобные природные катастрофы будут происходить чаще. Таяние арктических льдов приводит к тому, что дикие животные теряют свои традиционные кормовые базы и ареал обитания. Белые медведи в поисках пропитания все чаще, блуждая, попадают в города, наводя ужас на жителей. На крайнем севере тают вечномерзлые грунты, в которых находятся парниковые газы, такие как метан. Если грунты разморозятся и газы высвободятся, потепление земли ускорится. Добыча угля продолжает расти Несмотря на эти драматические последствия, тема изменения климата на государственном уровне в России не получает достойного внимания. Хотя президент Владимир Путин недавно на международной арене во время саммита Большой двадцатки в Осаке предупреждал о потеплении климата. Однако конкретные шаги по сокращению выбросов диоксида углерода в стране принимаются очень медленно. Россия находится на четвертом месте в мире по загрязнению окружающей среды (а значит, и по влиянию на климат) после Китая, США и Индии — хотя на нее приходится лишь небольшая доля экономического производства. Экономическая модель, а, тем самым, и успех Путина в последние два десятилетия основываются на эксплуатации ископаемых энергоносителей. В то время, как другие страны реализуют отказ от угля, здесь его продолжают добывать. Добыча угля в России на протяжении многих лет растет, в прошлом году она достигла нового максимума — почти 440 миллионов тонн. Для мирового климата это не значит ничего хорошего. От непосредственных последствий страдают, прежде всего, жители крупных городов, таких как Красноярск, когда качество воздуха снова ухудшается. «Черное небо» — так они называют этот феномен. Игорь Шпехт вместе со своими единомышленниками требуют более строгого контроля электростанций и промышленных предприятий со стороны властей, они должны быть модернизированы в соответствии с экологическими стандартами. Надежд на то, что ситуация в Красноярске в скором времени улучшится, он не испытывает. Слишком велики интересы близких к Кремлю предпринимателей. И поэтому Шпехт хочет продолжать измерение уровня загрязнения воздуха самостоятельно: «Благодаря нашему проекту граждане лучше информированы. Они могут решить, выходить им вместе с детьми из дома или нет. У них есть выбор».