СМИ

© РИА Новости, Алексей Витвицкий | Перейти в фотобанкНе следует недооценивать устойчивость Европейского союза к кризисам. Россия заинтересована в сильной Европе, поскольку в этом случае последняя будет меньше зависеть от Соединенных Штатов, пояснил португальскому изданию позицию Москвы российский политолог. России же предстоит во многих областях доказывать, что «она не столько часть проблемы, сколько элемент ее решения».Не следует недооценивать устойчивость Европейского союза к кризисам, Россия заинтересована в сильной Европе, поскольку в этом случае последняя будет меньше зависеть от Соединенных Штатов, заявил португальскому агентству «Луза» (Lusa) российский политолог. «Сегодня Европейский союз переживает не один, а сразу несколько кризисов. Справиться с ними — задача чрезвычайно сложная, но следует мыслить в позитивном ключе: мы не должны недооценивать устойчивость ЕС», — сказал в интервью агентству «Луза» Андрей Кортунов, генеральный директор Российского совета по международным делам (РСМД). Аналитик указывает на миграционный кризис или кризис еврозоны как на примеры устойчивости Евросоюза, признает, что многие проблемы еще ждут своего решения, однако считает, что сложившаяся ситуация далеко не катастрофична и нынешние трудности будут преодолены. «Три или четыре года назад многие думали, что волны миграции просто-напросто разрушат союз. А кризис приведет к коллапсу еврозоны, чего в действительности не произошло. Сегодня евроскептики занимают более прочные позиции, однако не доминируют в европейской политике. Брексит еще не завершен, и при этом торговая война между ЕС и Великобританией до сих пор не началась», — сказал он. По мнению Андрея Кортунова, у нас есть все основания для оптимизма, поскольку ЕС «является наиболее успешным интеграционным проектом в истории человечества», подчеркнул он. Кроме того, за этим проектом пристально следит кремлевское руководство, заявил ученый на ежегодной конференции Европейского совета по международным отношениям (ECFR), которая проходит на этой неделе (со вторника по четверг) в Фонде Гулбенкяна в Лиссабоне. «Россия явно заинтересована в сильном ЕС, потому что это гарантирует союзу меньшую зависимость от Соединенных Штатов, большую способность проводить самостоятельную политику, включая политику в отношении Москвы», — сказал он. И в этой области отметил «нежные, дружественные отношения», которые связывают Португалию и Россию. «На протяжении долгого времени наши страны были своего рода европейскими маргиналами: Россия на восточной оконечности Европы, а Португалия — на самом ее западе. Можно сказать, что нас связывает общее чувство: необходимость доказывать, что мы принадлежим к Европе», — сказал он. Это восприятие, подчеркнул ученый, также касается двусторонних институциональных отношений. «В этих отношениях не наблюдается серьезных проблем, мы видим, как Португалия голосует в ЕС или в Совете Европы, в целом мы чувствуем, что Португалия является нашим партнером. Но мы должны больше взаимодействовать в сфере торговли, инвестиций и туризма. Определенно существует потенциал, который следует реализовывать», — сказал он. Говоря о нынешних позициях России в международном контексте, Кортунов утверждает, что его стране предстоит во многих областях доказывать, что «она не столько часть проблемы, сколько элемент ее решения». И уточнил: «Россия должна вносить свой вклад в такие глобальные сферы, как безопасность и развитие, может сыграть значительную роль в обеспечении стратегической стабильности в плане контроля над вооружениями, мы должны продолжать ядерное разоружение, разрешать региональные конфликты». Генеральный директор РСМД также не согласен с теми, кто относит Россию к региональным державам в ущерб ее прежней роли актора мирового масштаба, особенно во времена бывшего Советского Союза. «У России есть право голоса, посмотрите на Ближний Восток, она является важным игроком в регионе, и она должна сказать свое слово. Я думаю, что российская внешняя политика порою носит скорее оппортунистический, нежели стратегический характер, отличается скорее реактивностью, нежели активностью, но это не лишает Россию важной роли на региональном и глобальном уровнях», — сказал он. Аналитик делает особый акцент на этом вопросе, отмечая наблюдаемую сегодня трудность в различении региональных и глобальных кризисов. «Иногда событие регионального масштаба обретает глобальные последствия, — сказал он. — К примеру, Ближний Восток — это региональная или общемировая проблема? Полагаю, что это глобальная проблема в том смысле, что ситуация на Ближнем Востоке затрагивает весь мир, не только соседние регионы, но и Восточную Азию и Латинскую Америку. Если там что-то пойдет не так, каждый из нас почувствует это на себе». Разрешение военного конфликта на Украине, понимаемого как региональный кризис, возымевший международные последствия, зависит от «политической воли» обеих сторон, которые должны продемонстрировать гибкость. «Закончить войну относительно легко, гораздо труднее найти решение в политическом измерении кризиса. Для этих целей нам по сути необходима новая оборонная архитектура Европы. Только тогда Россия и Украина будут чувствовать себя более комфортно, ведь, пока у нас нет такой архитектуры, Украина будет продолжать опасаться потенциальной агрессии со стороны России, а Россия — приближения НАТО к ее границам», — сказал он. «Необходим договор, который положит конец страхам и сомнениям Украины и России по поводу их места в Европе», — добавил он. Что касается Крыма, аннексированного Россией в 2014 году, то в этом вопросе Андрей Кортунов продемонстрировал особый прагматизм: «Разрешение данной проблемы затянется надолго, как мы видим на примере споров между Великобританией и Испанией из-за Гибралтара. Но это не единственная проблема, которая перед нами стоит, есть множество других».