СМИ

Очень хочется привязать дописьменную историю славянства (а для этой стаи товарищей славянство равно украинству) к письменным историографическим схемам античности. Желание, повторюсь, понятное, но, слегка перефразируя двух великих одесситов, «невежество становится на пути великих комбинаторов». Вполне понятное желание доказать древность и историческую значимость украинского этноса порой и гораздо чаще, чем хотелось бы, приводит многих национальных историков даже не к ошибкам, а простому игнорированию самой истории. А дальше еще хуже: если для предложенной гипотезы не хватает фактов — придумаем, если факты противоречат выдвинутой гипотезе — тем хуже для фактов. В совокупности это приводит к ощущению дикого невежества (или хорошо мотивированной ангажированности) самих гипотез. Ну, например… Очень хочется привязать дописьменную историю славянства (а для этой стаи товарищей славянство равно украинству) к письменным историографическим схемам античности. Желание, повторюсь, понятное, но, слегка перефразируя двух великих одесситов, «невежество становится на пути великих комбинаторов». Выдвигается гипотеза: «Именно 10 год до нашей эры следует считать своеобразной датой «рождения» украинской народности, именно тогда она вышла на историческую арену» (Станислав Семенюк). Доказательство? Пожалуйста: «В 10 году до нашей эры римские источники впервые упоминают о загадочных осел (Osovie), которых где-то к северу от Среднего Дуная покорил римский консул Марк Визиний». Звучит красиво, но вот беда — консула Марка Визиния никогда в жизни не существовало. В 10 году до н. э. консулами Рима были мало чем примечательный Фабий Максим Африкан и в чем-то легендарный Юл Антоний. Юл Антоний, младший сын Марка Антония, ближайшего друга Юлия Цезаря и злейшего врага его внучатого племянника, первого императора Рима Октавиана Августа, после гибели отца воспитывался в окружении Августа и даже женился на его племяннице. Но этого показалось мало, и Юл стал любовником дочери Августа, Юлии. Очень красивой и умной женщины, но женщины совсем уж «облегченного поведения». И резвилась Юлия не втихую, а вполне откровенно и публично, и даже на рострах (специальной платформе в центре Рима, с которой ораторы обращались к людям). Император долго терпел, но, в конце концов, взбеленился и отправил дочь в суровую ссылку на крошечный остров Пандатерия, а Юл Антоний «на том основании, что его поведение было вызвано замыслами монархии, был казнен» (Дион Кассий). Так что интриганом Юл был знатным, мужчиной видным, но о его походах за Дунай ничего не известно. Хотя, может быть, пану Семенюку виднее? А также, возможно, он в пылу тщеславного рвения спутал даты и имя: консул, но не 10-го, а 19 года до н. э., Марк, но не Визиний, а Виниций — тот в десятом году действительно воевал на Балканах, превращая в римские провинции Иллирию (запомните это название) и Далмацию. Виниций действительно переходил Дунай, но ни о каких крупных сражениях там римские историки не упоминают. Но кто тогда эти таинственные «осы», которых Семенюк считает славянами=украинцами? О них более подробно писал другой гений античной историографии, Корнелий Тацит (конец I — начало II в. н. э.). В 43-й главе своей «Германики» он заметил, что «Сзади к маркоманам и квадам (германские племена — М. С.) … примыкают осы и буры… что котины и осы не германцы, доказывают их языки, галльский у первых, паннонский у вторых, и еще то, что они мирятся с уплатою податей. Часть податей на них, как на иноплеменников, налагают сарматы, часть — квады, акотины, что еще унизительнее, добывают к тому же железо». То есть для Тацита «осы» — это население, явно «выдавленное» римлянами из Иллирика (возможно, тем же Марком Виницием), говорящие на своем, иллирийском языке и влачащие униженное существование в германском окружении. Но что нам Тацит, когда у нас есть Семенюк? Вслед за добросовестным, но совсем не великим немецким ученым конца XIX века Эмилем Риттерлингом он считает Тацита «ошибочной версией», а «осов» — только славянами. Почему? Да потому, что «римляне затем использовали их в борьбе с германскими племенами». Восхитительно! Интересно, автор этой, простите, гипотезы знает, что основным политическим принципом римлян было divide et impera (разделяй и властвуй)? И что веками Рим разделял родственные и не очень племена своих противников, чтобы те упоенно резали друг друга. Кстати, с тех пор мало что изменилось, правда? В 9 году новой эры вождь германского племени херусков Арминий в пух раскатал 18-тысячную римскую армию полководца Квинтилия Вара в Тевтобургском лесу. Октавиан был в ужасе, прекратил принимать пищу, зарос бородой, катался по полу и кричал: «Вар, верни легионы». Но римляне не отомстили за эту звонкую и кровавую пощечину. Это за них сделали сами германцы: сначала Агандестерий предлагал римлянам отравить Арминия, а позже, в 21 году, его убили свои же: херусков автократическое правление Арминия явно утомило. И следующее па в этно-лингво-историческом гопаке Станислава Семенюка: «О «Карпатских оросах» (Karpathes Oros) упоминает Птолемей в своей «Географии». Сочетание этих двух этнических названий в одно является чрезвычайно красноречивым и свидетельствует о том, что это уже не только общее для всего этноса, а конкретное название одного из его крупнейших племен». Серьезный довод… Правда опять беда: слово-этноним «орос», «урус» — восточного происхождения. Так восточные народы (кавказцы, тюрки, татары, мадьяры) называли русских. Современные венгры, которые и сейчас называют «оросами» и русских, и украинцев, и белорусов, и даже венгров, живущих на территории Закарпатья, имеют на это историческое право. Потому что они и есть азиатский народ, прорвавшийся в IX веке на территорию Паннонской равнины. Правда, в эпоху Птолемея (середина II века новой эры) до плотного и рокового для античности столкновения с кочевой Азией (гуннами) оставалось еще более двух веков. До исторического появления «росов», «русов», «русинов», «русских» — и того более. Но такие «мелочи» совершенно не смущают исследователей уровня и задач Станислава Семенюка. Весь этот парад невежества был затеян львовским исследователем с одной, но пламенной целью: убедить кого-нибудь, что «название «осы» постепенно трансформировалась как: осы — оросы — росы — русины — русы». А ради такой «высокой цели» можно небрежно отодвинуть и факт, и дату, и даже логику исторического процесса. Марьян Сидорив