СМИ

Китайский бизнес узнал в Петербурге все, что хотел На Петербургский международный экономический форум приехали свыше 19 тысяч гостей, в том числе более трех тысяч из стран ближнего и дальнего зарубежья. При этом самыми крупными делегациями были китайская, насчитывавшая около тысячи бизнесменов и чиновников, и американская, в которой было 520 человек. В форуме принимали участие шесть глав государств и Генсек ООН. Особенно пристально в мире наблюдали за визитом в Северную столицу России председателя КНР Си Цзиньпина. Самое время задаться вопросами: что изменило тесное общение первых лиц на полях форума в отношениях между Россией и Китаем и как это оценивают в мире? Председатель КНР прибыл по приглашению президента РФ, и этот визит, с моей точки зрения, лежит в русле политики продвижения национальных интересов Китая во всем мире. Сейчас одним из основных средств и методов стратегии является золотой ключик – финансы, монетарные ресурсы, которые китайская экономика готова вложить в ключевые зарубежные проекты, чтобы обеспечить национальную безопасность на многие годы. Сегодня Россия, ресурсы, возможности и активы нашей страны в свете активной антикитайской политики США обретают особую ценность для Поднебесной, государственных и частных корпораций КНР. Важными представляются сырьевые контракты, поскольку китайцы вследствие давления американского Госдепа и других органов власти вынуждены были свернуть эксплуатацию предприятий по добыче и переработке углеводородов в Соединенных Штатах. Притом что китайский бизнес выкупил серьезные доли в крупных нефтегазовых корпорациях и в южных штатах, и на Аляске. При мощном внешнем давлении КНР вынуждена сократить до минимума импорт венесуэльской нефти и контакты с Каракасом, также были урезаны поставки из Ирана. В то же время Саудовская Аравия не торопится наращивать объемы нефтедобычи – не видит в этом смысла, потому что планирует растянуть свои ресурсы на ближайшую сотню лет. В свете ухудшения отношений, в том числе и на высочайшем уровне, между КНР и США пользоваться своими зарубежными активами в полной мере китайцы не могут, они заморозили все операции на этом направлении до лучших времен. Исходя из этого, для Пекина обретают особую актуальность контакты с Москвой, потому что в нефтегазовой отрасли между нашими странами особых разногласий нет. Китайцы зашли долями в несколько крупных проектов, хотят, конечно же, тут расширяться, но понимают, что в российском руководстве существует осторожность во взглядах на сотрудничество с КНР. Думается, Пекин заинтересован в основном в сырьевых поставках из нашей страны. А что можно сказать о контрактах на продукцию высокого передела? Поскольку наши поставки дешевыми назвать нельзя, то в наших интересах открывать на территории Российской Федерации более эффективные нефтеперерабатывающие кластеры. И уже оттуда поставлять в КНР исключительно готовую продукцию. Как показывает практика, китайцы охотно покупают бензин и другие продукты высокой очистки. Нефтеналивными танкерами их поставляют Пекину Саудовская Аравия, другие государства Персидского залива. Думается, деньги от экспорта углеводородов нужно направлять не просто в бюджет и потом перераспределять их на непонятные проекты, а исключительно на развитие отрасли и инфраструктуры. Будет обоюдная польза – китайцы получат высококачественную продукцию, а российская нефтянка, изрядно пострадавшая от американских санкций, заработает на этом. Пекин готов поделиться технологиями, они в КНР есть, конечно, на определенных условиях, но мы об этом речи пока не ведем. Таким образом, получается, что визит товарища Си на Петербургский форум носит политико-экономический характер, чистой политики здесь нет и быть не может. Председатель КНР пытается сохранить темпы развития страны любыми способами. Но есть вопросы сотрудничества, которые необходимо решать напрямую с Москвой. То есть не вести переговоры между компаниями, а разговаривать на высочайшем уровне и таким образом продвигать бизнес в России. Именно поэтому глава КНР приезжал в Санкт-Петербург. Пока что Россия не представляет для Китая особого интереса как рынок сбыта – у нас нет такой масштабной потребительской базы, как в Штатах или Европе, однако китайцам интересны наши военные и гражданские технологии при полном понимании того, что продавать их мы не намерены. Поэтому необходим переговорный процесс с максимальным учетом собственных интересов и возможностей сторон. Для Си Цзиньпина было важно удостовериться в том, что Владимир Путин будет продолжать свою линию на сотрудничество с КНР. Что в отношениях наших стран нет непреодолимых сложностей и Москва не собирается отворачиваться от Пекина в угоду западным интересам. Именно это было самым главным для Си Цзиньпина. Выступая перед участниками форума, лидеры наших стран дали высокую оценку энергетическому сотрудничеству. Россия играет серьезную роль в обеспечении ресурсной, экономической и военной безопасности КНР. Как писала The Washingtom Post, Пекин больше не питает иллюзий относительно намерений Вашингтона и это может привести к качественному скачку в отношениях с Москвой. На ПМЭФ-2019 был заключен контракт на строительство компанией Huawei в России сети 5G. В проект собираются вложить очень серьезные деньги, и многие эксперты полагают, что это следует расценивать как начало нового передела в сфере высоких технологий. Ведь прежде преимущество было за Западом. Теперь же получается, что вперед вырывается Восток, в данном случае Китай. Но это верно лишь отчасти. Технологическое превосходство ушло на Восток достаточно давно, и контракт на строительство сети 5G тому ясное подтверждение. Не только в Китае, но и в Южной Корее, Японии, других государства АТР телекоммуникационные технологии хорошо развиты. Западные компании отстают. Но все же говорить о том, что случился радикальный передел, я бы не стал. Вполне понятно, американцы пытаются вернуть технологическое превосходство в целом. Для нас же важно понимание того, что уже сегодня Китай, обладая такими технологиями, может с нами, образно говоря, поделиться – продать, поставить. Анализ американской прессы показывает, что Вашингтону не нравится укрепление российско-китайской дружбы. Это не подлежит сомнению. Но сделать американцы ничего не могут, потому как президент Трамп своими решениями, санкциями дезавуирует любые попытки бизнесменов вернуть сотрудничество с Китаем в нормальное русло. По большому счету Вашингтону остается только надеяться, что мы не поймем друг друга. Европейцы вполне адекватно реагировали на новости из Санкт-Петербурга и продолжают сотрудничать с Китаем, в том числе в телекоммуникационной сфере, поэтому ссориться с Пекином ведущие страны Старого Света точно не будут. В общем, в Европе контакты Пекина и Москвы в Санкт-Петербурге на ПМЭФ-2019 приняли к сведению. Прорыва в торговых отношениях пока нет, о заметном увеличении товарооборота между нашими странами ничего не сказано. Он растет, но постепенно, за счет больших корпоративных проектов, однако не благодаря расширению двустороннего рынка. Здесь ничего в принципе не меняется. Как в Китае восприняли выступление Путина, которое многие называют продолжением Мюнхенской речи 2007 года? Если говорить откровенно, то тоже приняли к сведению. Потому что для Пекина более важно не то, какую позицию занимает Москва по вопросу сотрудничества с Западом, но как она поведет себя в отношении Ирана. Почему? По мнению китайцев, ситуация в Персидском заливе достаточно напряженная. Американцы намерены сделать все возможное, чтобы помешать экспорту иранской нефти, в связи с этим в Тегеране приняли решение снизить до минимума нефтедобычу, что неминуемо привело к уменьшению валютной выручки и ухудшению экономической ситуации, которая в стране и так нездоровая. Плюс давление вблизи границ – Вашингтон наращивает свое военное присутствие в регионе. Возможно, Си Цзиньпин дал понять, что Владимир Путин, принимая определенные решения военно-политического характера, мог бы серьезно охладить пыл Вашингтона. Сейчас китайцы не готовы к тому, чтобы зайти военным контингентом в Персидский залив и показать там свою силу, хотя уже демонстрируют флаг в Индийском океане. Максим Казанин, кандидат политических наук