СМИ

25 мая Международный трибунал по морскому праву (МТМП) в Гамбурге вынес решение по жалобе Украины против Российской Федерации, связанной с задержанием украинских судов в Керченском проливе прошлой осенью. Трибунал постановил, что Россия обязана освободить и сами суда, и всех моряков и вернуть их на Украину. Украина направила свою жалобу в трибунал в связи с инцидентом, который произошёл утром 25 ноября 2018 года, когда три корабля украинских ВМС пересекли государственную границу России и последовали в направлении Керченского пролива. В связи с разрешительным порядком прохождения судов в проливе и отсутствием прохождения данными судами должной процедуры они были задержаны. То, что это была провокация, ясно было с самого начала. Ведь до 25 ноября 2018 г. украинская сторона без всяких проблем пользовались хорошо известным режимом судоходства в Керченском проливе. Конфликтная ситуация была создана умышленно, и жалобу Украины в Международный трибунал по морскому праву следует рассматривать именно в этом контексте. Не удивителен и итог рассмотрения дела в трибунале. Ещё на заседании Совета Безопасности ООН проявились позиции западных членов Совета, которые поддержали украинскую провокацию. Они же и их сателлиты – значительная часть состава трибунала по морскому праву (Франция, Нидерланды, Япония, Мальта, Исландия, Корея, Польша и др.). Сразу оговоримся, что данное решение суда касается не существа спора, а так называемых предварительных мер защиты. Однако в любом случае для вынесения решения трибунал сначала должен был выяснить, обладает ли он юрисдикцией в данном деле. А вот этого как раз и не было сделано. Точнее, формально суд всё-таки установил, что обладает юрисдикцией prima facie, то есть на первый взгляд. Однако «первый взгляд» оказался слеповатым. При присоединении к Конвенции ООН по морскому праву, на основании которой и был создан данный трибунал, Россия заявила, что не будет признавать для себя обязательными решения МТМП, если они касаются вопросов, связанных с военной деятельностью судов. Аналогичное заявление сделали Украина и ряд других государств. Однако трибунал заявил, что оговорка, сделанная Россией при присоединении к Конвенции, не применима, поскольку, мол, тут не было никакой военной деятельности. С самого начала, как только Украина подала свой иск, Российская Федерация заявила, что не признаёт юрисдикцию в данном деле, в том числе prima facie, и не будет участвовать в слушаниях по вопросу о временных мерах. Россия сообщила трибуналу, что иск Украины носит недобросовестный характер, так как Украина отказывается от двусторонних переговоров, которые ей предложила Россия. В своём письме секретарю МТМП Россия выразила надежду, что судьи трибунала внимательно отнесутся к представленным ею аргументам. Однако судьи не услышали Россию и – в противоречии с нормами права – признали свою юрисдикцию рассматривать данное дело. Из материалов дела совершенно ясно, что три военных корабля Украины действовали именно в своём военном качестве. Это подтверждается и судовыми журналами, в которых чётко обозначены военные цели, в том числе «получение военной тренировки экипажа». Более того, с самого начала Украина утверждала, что инцидент произошёл в рамках «агрессии» России, и арестованные моряки являются военнопленными. Когда украинцы подали в апреле с. г. иск в трибунал в Гамбурге, их риторика изменилась, но ведь судьи должны были рассмотреть все материалы дела и выявить все обстоятельства, в том числе добросовестность истца. Глубокий анализ инцидента, проведённый российским судьёй трибунала по морскому праву Р.А. Колодкиным, даёт следующую картину события. Инцидент начался как правоохранительная деятельность, когда военно-морские суда были впервые обнаружены и с ними связалась береговая охрана России. Однако затем это инцидент перерос в военную деятельность, когда военно-морской флот России сначала попытался воспрепятствовать незаконному проходу, а затем пресечь его. Печально удивил китайский судья, проголосовавший против России. Однако и он в своём особом мнении обратил внимание на то, что Украина не может утверждать, что инцидент не был военного характера: выстрел по военному кораблю, идущему под флагом суверенного государства, рассматривается как военное нападение на соответствующее государство. Военный характер инцидента не подлежит сомнению. Поэтому решение Международного трибунала по морскому праву не имеет для России юридической силы. Впрочем, Россия готова к сотрудничеству в разрешении инцидента, в том числе в рамках данного трибунала. В своём заявлении относительно решения трибунала Министерство иностранных дел РФ отметило, что в ходе последующего арбитражного разбирательства Россия намерена последовательно отстаивать свою позицию, в том числе отсутствие у арбитража юрисдикции рассматривать данную ситуацию: «Избежать ее возникновения можно было при условии соблюдения требований российского законодательства, касающихся судоходства в этом районе. Призываем украинскую сторону действовать именно так впредь». Александр Мезяев